Главная Новости Религии Почему уходит Папа?

Почему уходит Папа?

altМотивы отречения и первые итоги понтификата Бенедикта XVI

Папу Ратцингера неумолимо затмевал его предшественник - бесконечно любимый католиками, и не только, Папа Войтыла. "После Бенедикта XVI харизматичность и лидерство уже не представляются ненужными", - пишут СМИ, напоминая также о "некрасивых проблемах", с которыми он столкнулся. Станет ли новый Папа реформировать курию и переосмысливать отношение к безбрачию духовенства, месту женщин в Церкви, а также к гомосексуализму, абортам и контрацепции?

"Новаторство и отречение" - так озаглавлена статья в El Pai's. Отречение Бенедикта XVI - само по себе новаторский поступок: он отрекся вполне добровольно, по крайней мере, если сравнить с другими понтификами, считает газета.

В каком-то смысле новаторским было и папство Бенедикта XVI. Он записной консерватор и оправдал ожидания всех, кто предсказывал косность: он вернул латинскую мессу и как-то призвал африканцев не пользоваться презервативами ("И это на континенте, который сильнее всего поражен СПИДом", - подчеркивает газета).

Но в то же время он интеллектуал, человек строгих взглядов. Предыдущий Папа старался замалчивать случаи педерастии. Бенедикт XVI, напротив, попросил прощения за грехи священников и пообещал передать виновных в руки секулярного правосудия. Против этого резкого поворота доселе восстают многие слои в католической церкви, полагает издание. "Возможно, отчасти этим объясняется растущая изолированность Папы в Ватикане - этакий исторический парадокс", - говорится в статье.

Газета надеется, что при выборе нового Папы кардиналы проявят мудрость: решается будущее Церкви, которая переживает кризис и торжество косности.

"Благородное отречение" - такова оценка британской The Times. Газета называет решение Бенедикта XVI благородным и самоотверженным: Папа смиренно признал, что слабое здоровье не позволяет ему управиться с тяжелейшими обязанностями главы одной из глобальных Церквей. "Служение Бенедикта сочетало в себе мудрость, благочестие и определенный, недостаточно признанный обществом радикализм", - пишет издание. Но даже ему оказалось нелегко сохранять единство Церкви в пору потрясений. Вдобавок он столкнулся с двумя препятствиями. Во-первых, его неизбежно затмевал предшественник, харизматичный Иоанн Павел II, который внес большой вклад в "поражение коммунизма в Восточной Европе", пишет газета. Во-вторых, Бенедикт столкнулся с некрасивыми проблемами - например, с "медлительной реакцией церковных иерархов в ряде стран на скандал с растлением малолетних священниками".

Факт тот, что Бенедикт - олицетворение дилемм, стоящих перед Церковью в современную эпоху. Он был советником либерального кардинала Фрингса, но на папском престоле старался погасить реформаторский пыл (хоть и заявил, что Лютер не еретик), говорится в статье.

Газета полагает: хорошо бы выбрать следующим Папой выходца из Африки, где наиболее динамичны демографические процессы. "Если новый Папа привнесет энергичность Иоанна Павла II и инстинктивную тягу к реформам Иоанна XXIII, для Церкви и ее нравственного авторитета, возможно, наступит новая яркая эра", - заключает The Times.

"Бенедикт XVI оставляет институт папства практически в прежнем состоянии", - пишет The Washington Post. По мнению издания, отречение - самый храбрый шаг Бенедикта XVI за 8 лет на папском престоле.

"Коронной чертой папства Бенедикта, плохо это или хорошо, было яростное сопротивление переменам", происходящим в мире, пишет газета. Бенедикт XVI открыто называл гомосексуальность неестественной, на фоне межрелигиозных трений избегал диалога с мусульманами и вообще назвал исламское богословие "пагубным и бесчеловечным" (правда, процитировав чужие слова).

Большинство католиков ныне - это жители Латинской Америки, Африки и Азии. Но Бенедикт сосредоточился на попытках - безуспешных - возродить католицизм в Европе, говорится в статье.

Реакцию Папы Бенедикта на самую сложную проблему - скандалы с растлением малолетних священниками - газета считает "недостаточной": "Он так и не принял меры к епископам, которые покрывали преступления, так и не признал свои недочеты в период, когда он возглавлял ватиканскую службу, которая налагает взыскания на священников".

Что касается достижений Бенедикта, то порой они были "работой над ошибками". Например, "он возмутил евреев, реабилитировав епископа, который отрицал факт Холокоста. После этого Папа помолился в Освенциме и опубликовал книгу, в которой снял с еврейского народа вину за смерть Иисуса".

По мнению издания, Бенедикт не устранил проблемы, которые ослабляют Католическую церковь, - он лишь уверял, что только бескомпромиссное следование старым доктринам убережет веру. "Католикам, которых не устраивает этот ответ, остается одно - надеяться, что коллегия кардиналов, где доминируют ставленники Бенедикта, выберет более прогрессивную фигуру".

Статья в The Guardian озаглавлена лаконично - "Папская погрешимость". Так авторы обыгрывают католический догмат о непогрешимости суждений Папы Римского об учении Церкви.

Папство Бенедикта было продолжением папства Иоанна Павла II со всеми его недостатками и достоинствами, считает газета. Достоинство - "либерально-центристская социальная политика: аргументированная критика излишеств позднего капитализма, пустопорожности общества потребления и зол неравенства". Недостатком газета считает "отказ переосмыслить нравственные доктрины, неизменное отношение к гомосексуализму, безбрачию, абортам и контрацепции".

Либерально-настроенных священников не продвигали. Газета не видит ни одного либерала среди возможных преемников Бенедикта. То, что Иоанн Павел II устроил среди высших иерархов церкви, "порой было почти что чисткой", по выражению газеты.

Покойный кардинал Карло Мария Мартини, человек либеральных взглядов, говорил: "В Европе и Америке Церковь устала, наша культура состарилась" - и призывал провести радикальные перемены, "начиная с Папы и епископов". Поспособствует ли новый Папа глубокому переосмыслению католицизма, к которому звал Мартини? Это уже другой вопрос, замечает газета.

Амброз Вайбель в статье для Tageszeitung рассказывает, что осенью 2011 года он сотрудничал с "Радио Ватикан" и в редакции "на каждой стене" висели портреты "не правящего понтифика, а его предшественника Кароля Войтылы" (Иоанн Павел II).

"Однако Бенедикт был столь непопулярен не только из-за человеческой холодности и профессорской чудаковатости и не только из-за плохого итальянского, который итальянцы воспринимали как провокацию", - продолжает Вайбель: уходящего Папу воспринимали как провокацию и сотрудники церковных и светских организаций, помогающих мигрантам, беднякам и бездомным. "Между Больцано и Палермо существует живой, левый католицизм, не забывший учение Франциска Ассизского и сражающийся с социальной дискриминацией, расизмом и оргпреступностью", - утверждает Вайбель.

"Тевтонскому Папе" было нечего сказать тем, кто представляет Церковь, работая с людьми и для людей, кто называет проблемы, а не старается их спрятать, кто не застывает в страхе и отвращении перед современным обществом, а видит Христа именно там - среди грешников, больных и униженных", - говорится в статье.

Поэтому, по словам Вайбеля, отклики итальянских ватиканистов, называющих решение Бенедикта уйти с поста по состоянию здоровья прогрессивным, ничего не меняют: "все просто испытывают облегчение и выражают его с большей или меньшей вежливостью".

Когда Бенедикт XVI заявил о намерении отречься от престола - а такого не было с 1415 года - он поверг присутствующих в недоумение. От Манилы до Мехико, от Сантьяго до площади св.Петра всех взволновал один вопрос: почему?" - пишет The Guardian. В своем обращении Папа объяснил: он уходит из-за "преклонного возраста" и утраты сил, как телесных, так и душевных.

"Глава пресс-службы Ватикана Федерико Ломбарди исключил в качестве мотива депрессию или сомнения теологического характера и отверг мысль о том, что какое-то определенное заболевание - физическое или психическое - заставило Папу так поступить", - говорится в статье.

"Этот сценарий Бенедикт упоминал во время интервью, которое он дал для книги "Свет мира", хотя и не имел в виду себя лично", - отмечает газета.

Джордж Ферзоко, научный сотрудник Бристольского университета и специалист по Целестину V - Папе Римскому XIII века, который первым разрешил понтификам отрекаться от престола, а потом сам это сделал, указал, что Бенедикт дважды посещал могилу своего средневекового предшественника.

"Пресс-секретарь Ватикана отмел предположение, что понтифика заставляют уйти "проблемы папства", но череда скандалов сделала свое дело", - предполагают журналисты. Церковь столкнулась с обнародованием случаев педофилии и кризисом вокруг скандала Vatileaks. Вопросы о возможной причастности банка Ватикана к отмыванию денег продолжали маячить, говорится в статье.

Но на данный момент теории заговора не находят оснований. Многие обозреватели, в том числе Джованни Грассо, автор нескольких книг о церкви, предпочитают объяснение, которое уже дал режиссер Нанни Моретти. В своем фильме 2011 года "У нас есть Папа!" он рассказал вымышленную историю кардинала, который, будучи избранным Папой, взбунтовался, сбежал и, в конце концов, решил, что эта работа не для него", - заключают авторы статьи.

"Сегодня все думают, и я так думаю, что нет никакой скрытой причины для этого, - сказал об отречении Папы Джованни Грассо. - Но, может быть, завтра или послезавтра что-то обнаружится".

Вопрос о том, кто станет следующим Папой Римским, занимает всех, пусть стоит и не так остро, как после смерти Иоанна Павла II, пишет Le Figaro. Выбор преемника Иоанна Павла II имел принципиальное значение, так как Церкви предстояло выбрать курс относительно Второго Ватиканского собора: до конца открыться миру, затронув такие темы, как женитьба духовенства, место женщин в Церкви и реформа управления курией, либо укрепить связь с историческими корнями Церкви и ее традицией. Кардиналы в апреле 2005 года предпочли второй путь, избрав Йозефа Ратцингера.

Маловероятно, что предстоящий конклав сменит курс, так что преемник Бенедикта XVI, скорее всего, продолжит консервативную линию, полагает автор статьи Жан-Мари Генуа. Возможна некоторая корректировка отдельных деталей или стиля, но направление, заданное Бенедиктом, представляется неизменным.

Второй вопрос - будут ли кардиналы выбирать будущего Папу исходя из географического принципа или исходя из его способности руководить миллиардом верующих и восстановить авторитет папства? География для кардиналов второстепенна, считает автор, Папа выбирается за его достоинства. "С точки зрения кардинальской логики, предпочтителен классический кандидат. Но, чтобы найти "человека ситуации" необходимо также учесть два качества, дефицит которых наблюдался во время понтификата Бенедикта XVI: способность управлять курией и присутствие в мировом медиапространстве. После Бенедикта XVI харизматичность и лидерство уже не представляются ненужными", - говорится в статье.

http://www.inopressa.ru

В его окружении говорят о "громе среди ясного неба". Любители мистики автоматически поднимают глаза горе и видят молнию, бьющую в купол собора Святого Петра. Разочарованные в "календаре майя" продавцы и покупатели "наборов для конца света" цитируют сомнительные пророчества и на пальцах прикидывают, сколько медальонов для усопших пап осталось в Соборе Святого Павла за стенами. СМИ наперебой публикуют "ТОП-5, -10, — 15 и т.д." кандидатов в преемники Бенедикту XVI и самому Святому Петру. Букмекеры облизываются, заранее подсчитывая барыш. То есть за мир можно быть спокойным — он остается все тем же. А значит, следующему Папе Римскому будет не легче, чем тому, который уходит.

Решение Бенедикта XVI об отставке вызвало обвал противоречивых оценок — касательно и самой отставки, и понтификата в целом, и Йозефа Ратцингера лично. В извинение не принимается ни возраст, ни происхождение, ни специфика "короткого" понтификата, ни особенности характера. Собственно, еще в момент избрания Папы Бенедикта XVI было понятно, что ему придется нелегко. Просто потому, что он пришел на Святой Престол после Иоанна Павла II — блестящего проповедника, неутомимого посланца Господнего и просто любимца публики. После такого беспечного Папы, который совершенно по-славянски увлекался делами душевными и пускал на самотек скучную и запутанную административную
возню.

Папа Бенедикт принял Католическую церковь разросшейся и популярной, но в довольно расстроенном состоянии — ее проблемы при предыдущем понтификате в основном накапливались, но сдерживались до поры до времени и за счет инерции (а она у церкви огромна), и за счет традиции замалчивания и, главным образом, за счет обаяния самого действующего Папы. Они прорвались наружу в правление Бенедикта XVI, именно ему было суждено попасть под ударную волну. Именно в эти годы приобрели огласку вопиющие факты насилия над детьми со стороны католических священников, факты махинаций в банке Ватикана, коррупции в Римской курии и многое другое, о чем поговаривали и раньше — но прорвало только теперь. И, возможно, именно это и была основная задача "короткого" понтификата Бенедикта XVI — держать удар. Согласитесь, для этой цели конклав не мог найти лучшей кандидатуры.

Удары сыпались на него со всех сторон — и снаружи, и изнутри церкви. Они все еще посылаются ему — уже вдогонку — за непроведенные реформы, за невычищенные конюшни Римской курии, за ненаказанных педофилов, за непризнанных гомосексуалистов, за нерукоположенных женщин, за мусульман, евреев... Список можно дополнить по желанию крестовыми походами или сожженным Джордано Бруно. А еще "не лидер", "бледный Папа", "невыразительный понтификат". Да, и последнее — трусость. Именно так многие истолковали финальный аккорд его понтификата — Папа Бенедикт сбежал с поста, потому что струсил. Наверное, для бойца, каким всегда был и признавался — и друзьями, и недругами — Йозеф Ратцингер это обвинение должно стать особенно горьким.

Многих интересует вопрос, почему он, наверняка предвидя все это, решился на отставку. Что его заставило? Или даже — кто? Ведь папы просто так не уходят. Сама история свидетель — она знает только одну добровольную отставку Папы Целестина V. Но он был святой. Да к тому же обстоятельства — война гвельфов и гибеллинов, заточение экс-Папы в крепость, где он вскоре скончался — дают повод подозревать, что эта отставка была не такой добровольной, как принято считать. Ссылки на пошатнувшееся здоровье и почтенный возраст — в апреле понтифику стукнет 86 лет — тоже не принимаются за объяснение. Мало ли история знает лидеров старых и нездоровых? Вот и прежний Папа был, мягко говоря, нездоров. А старцу-патриарху править церковью — сам Бог велел. Да и не тот же ли Бенедикт XVI всего пару месяцев назад воспевал "красоту старости", призывая не забывать о сильных сторонах стариков — опыте и мудрости?

Так почему же он уходит? Может, критики правы — все действительно плохо, и он не хочет видеть, как все становится еще хуже? Но что именно плохо? Католическая церковь стоит, как скала. Она объединяет почти полтора миллиарда верующих, проживающих на всех пяти континентах мира. Без сомнения, это одна из крупнейших и могущественнейших наднациональных организаций. Те, кто говорят о "сокращении влияния Католической церкви в мире", выдают желаемое (в определенных кругах) за действительное. Безусловно, Ватикан не входит в "семерки", "восьмерки", "двадцатки", решающие на своих саммитах "судьбы мира". Но существующая две тысячи лет организация, годящаяся в матери самой старушке Европе, наверное, знает о судьбах мира не меньше, чем правительства нынешних "супердержав", заносчивых, как подростки. В политике Святого Престола можно найти немало слабых сторон — как и в любой другой. Но то, как внимательно следят за каждым шагом Папы Римского, как рьяно обсуждают и осуждают каждое его слово, говорит совсем не о слабости Святого Престола. Наоборот, высота волны критики в этом случае указывает не столько на масштабы ошибок, сколько на масштабы влияния Католической церкви и ее руководства в мире. Накал, интенсивность атак на сердце Католической церкви — Святой Престол и лично Папу Римского — говорит о том, что в нем видят исключительно сильного противника.

Так может, Папу сжили с престола внутрицерковные интриги? Недаром его отставке предшествовала безобразная история, известная публике как "Ватиликс". И пока все гадали, удержится ли у власти госсекретарь Тарчизио Бертоне, от власти отказался сам понтифик. Причем почти не вызывает сомнений тот факт, что за утечкой документов прямо с папского стола виднеется не скромный пиджак папского камердинера, а алые кардинальские облачения. Но именно Папу Ратцингера, еще недавно — главу Конгрегации по вероучению (в народе — "инквизиция"), старожила Ватикана, съевшего зубы на внутренней политике Католичес-кой церкви, особенно трудно представить себе в качестве жертвы интриг. Разве что эта жертва — добровольная.

Понтификат Бенедикта XVI совсем недаром называют "отважным". Не "блестящим", не "эффективным" или там "судьбоносным" — именно "отважным". И последний его шаг — добровольную отставку — называют "смелым", окончательно поляризуя оценки и добавляя и событию, и самому Папе величия. Просто его отвага была лишена голливудского блеска — хотя наместник Господа на земле такой же герой-одиночка, как и Брюс Уиллис. Повседневное усилие — пускай даже героическое — не привлекает так много внимания. Папа Римский в течение без малого восьми лет отражал атаки на свою церковь, ее достижения, догматы, стабильность и сам Святой Престол — хранил достижения своих предшественников, дабы в целости передать это своему молодому, энергичному преемнику, имеющему достаточно сил и времени для следующего рывка.

Это правда, что папы просто так не уходят. Но главное, что папы просто так и не приходят. Каждый из них берет в руки руль тогда, когда того требует курс Корабля Святого Петра и погодные условия на море. Традиционное чередование "коротких" и "длинных" понтификатов — не мертвая традиция, которой конклав придерживается как "правила игры". Решения в церкви принимаются долго. Что такое несколько недель, отделяющие один понтификат от другого, для организации, мыслящей категориями вечности? При взгляде "извне" эта медлительность раздражает — так хочется сказать, что церковь отстает от жизни. Но когда церковь слишком гонится за "жизнью", она теряет что-то существенное — что-то "не от мира сего". Человеческие амбиции (думаете, у прелатов их нет? Ого!), политические соображения, сиюминутная выгода — все то, что играет определяющую роль в светской политике, есть и в церкви. Но это все должно быть оттеснено на второй план, когда приходит время принимать стратегические решения. Католическая церковь объединяет так много людей, интересов, идеологических течений и традиций, к тому же тянет за собой огромный багаж двухтысячелетних традиций, что свести это все воедино и вывести формулу успеха на ближайшие десять-двадцать лет — дело непростое и довольно долгое. Короткие понтификаты — тайм-аут, который позволяет провести необходимую работу и подготовиться. Или инициировать какие-нибудь непопулярные реформы. Или, если повезет, сделать и то, и другое.

Так что не спешите упрекать "коротких" понтификов в "бледности" и "стариковском слабосилии", как уже неоднократно упрекнули Бенедикта XVI. Возможно, его заданием и было удержать статус-кво. Ведь его избрали вопреки прогнозам, да и своеобразной традиции чередования пап-консерваторов и пап-реформаторов (иногда говорят "либералов", но для пап это слишком сильное слово). Консерватора Иоанна Павла II сменил совершенно такой же консерватор Бенедикт XVI. Он появился на сцене, словно дублер. Неблагодарная роль, требующая отваги и смирения.

То, что Бенедикт XVI уходит в отставку, может означать, что для Католической церкви наступило время перемен. Возможно, эти перемены будут созвучны переменам самого мира. А может, мы "снаружи" их почти не заметим — если будет решено, что церкви сначала нужно поменяться глубоко внутри. Но нет смысла при этом поддаваться обычному предвыборному зуду и перебирать в уме имена возможного преемника. Как это ни странно звучит, имя значит не слишком много — важна стратегия, которая с этим именем будет связана. И тут нас может ждать сюрприз, и не один. Разве имя старика Йозефа Ратцингера занимало первые строки "кандидатских списков" на предыдущих выборах? А кто мог ожидать в самом начале понтификата Иоанна Павла II, что этот молодой поляк окажется столь жестким консерватором?

Личность человека, олицетворяющего Католическую церковь, значит и много, и мало одновременно. Мало, потому что сам Корабль Святого Петра сбит прочно, закален в бурях, которые не снились нашему относительно спокойному веку, и имеет покровительство не в этом мире. Его курс проложен раз и навсегда, а смена кормчего — это только смена стиля управления. Много, потому что стиль — это человек, и это то, что гораздо понятнее человеку и привлекает его внимание гораздо больше, чем сам курс. Достаточно послушать, о чем говорят в связи с выборами Папы. Повысит ли он популярность Католической церкви? Имеется в виду не успешность миссии, а количество публичных выступлений, упоминаний в прессе и степень "звездности". Будет он либералом или консерватором? В смысле, как он будет относиться к презервативам и гомосексуалистам. Будет ли он африканцем? Просто из любопытства — как белое облачение будет гармонировать с черным лицом.

Но как бы легкомысленно это все ни звучало, эти стилистические нюансы имеют непосредственное отношение к стратегии. Избрание Папы-европейца выглядело бы традиционно и могло бы означать, что новый понтифик попытается навести порядок дома. Европа, с одной стороны, не слишком озабочена католицизмом по сравнению с Америкой или даже Африкой, но она по-прежнему дает в казну Ватикана основной доход, а в конклав — большинство кардиналов. Избрание Папы из латиноамериканцев или африканцев было бы так экзотично, что само по себе заставило бы задуматься о том, что в церкви теперь будет "все иначе", повеет свежий ветер прямо с Амазонки, акцент сместится с "центра" на "периферию". Интересно было бы получить Папу-(латино)американца — учитывая активную экспансию католицизма на просторах супердержавы №1. Имя, которое произнесет старший кардинал-диакон с балкона Собора Святого Петра на католическую Пасху, скорее всего, подскажет нам, какую стратегию развития избрала Католическая церковь на ближайшее десятилетие.

А она почти наверняка уже избрала ее — раз "железный" Папа Ратцингер счел возможным уйти с престола. Если Папа устал — значит, пришел момент, когда он может себе это позволить. Пришло время, когда "Ротвейлер Господень" может просто лечь у ног своего Господина и греться в лучах молитвы.

http://risu.org.ua
Просмотров 2244
 

Благодарю за комментарий по теме


Защитный код
Обновить

Человек&Религии

Ассирийские записи утверждают, что король Саргон II захватил 27 290 пленных Подробнее...
Смертная казнь недопустима, так как это "атака на неприкосновенность и достоинство человека". Подробнее...
Египет, Вавилон, Ниневия, Ассур
Подробнее...