Главная Новости Пиьма Насколько разительно мы отличаемся

Насколько разительно мы отличаемся

Дорогой пастор!

Позвольте мне поделиться с Вами некоторыми своими наблюдениями, возможно, это поможет Вам лучше понять наш украинский менталитет и помочь нам измениться. Имея возможность наблюдать за Вами в повседневной жизни, я постоянно замечаю существенные различия между Вами и собой, а также другими членами Вашей команды. Сейчас хотелось бы остановиться на одном моменте, который разительно отличает Вас от нас.

Наблюдая за Вами, наверное, в самый сложный период Вашей жизни, во время тяжелого кризиса и незаслуженных гонений, предательств и горьких разочарований, лживых обвинений и ежесекундно довлеющей опасности, я был поражен следующим: даже в самые трудные, напряженные дни, когда мы все терялись от убийственной неизвестности и переживаний за Вас, Вы продолжали работать, – при чем в двух направлениях: работать над собой и помогать людям. Каждый день Вы буквально живете по тому принципу, которому учите нас – такому простому, на первый взгляд, но такому сложному на практике: нужно делать то, что нужно делать.

Приведу несколько примеров из Вашей жизни, на основании которых я делаю подобное заключение.

Ваша проповедь на 16 годовщине нашей церкви под названием «Посольство Божье: то, что с нами происходит – не трагедия, а триумф!» была построена на основании цитат великих людей, которые также в свое время проходили свои кризисы. И цитаты эти Вы подобрали именно в самый нелегкий период своей жизни. Любой из нас, на Вашем месте, от обиды, разочарования, непонимания, как люди могут так предавать, наверное, если не сошел бы с ума, то уж, во всяком случае, полностью разочаровался в людях, перестал доверять им, и уж тем более, перестал помогать – тут бы хоть себе самому помочь.

Вы же поступили совершенно иначе: во-первых, отодвинув всякое разочарование, самосожаление, переживания и волнения, Вы начали изучать, как великие реформаторы в истории проходили подобные кризисы. И это помогло Вам самому не только пережить свой кризис, но выйти из него сильнее, мудрее, да еще и с плодами для Царства Божьего.

Во-вторых, вместо того, чтобы полностью разочароваться в людях, перестать доверять, замкнуться в себе, закрыться, пытаясь обезопасить и защитить себя, что было бы нашей естественной реакцией, Вы пытались понять, какие же недостатки характера, особенности менталитета позволили нашим людям пойти на предательство, почему у них не хватило мужества взять ответственность за свои собственные решения. Помню Ваш вопрос, обращенный ко всем нам: «На какое небо Вы идете, живя так, поступая против Божьих принципов? Вероятно, какое-то свое собственное небо». Обнаруживая эти наши негативные качества, которые вели нас прямиком в ад (хотя мы-то были уверены, что мы просто святые), Вы начали искать способы помочь нам измениться, искоренить пагубные черты характера и выработать новые, которые помогут нам являть Христа и быть более эффективными для Царства Божьего.

…Так появилась четвертая лидерская школа. Она была рождена из заботы о нас, из желания помочь нам! Представляю, какую же боль мы доставляем Вам, когда отказываемся писать эту контрольную, оправдываясь своей занятостью или, что еще более нелепо, переживаниями за Вас. Но об этом позже.

К слову хочу отметить, что, находясь возле Вас, часто общаясь с Вами, я никогда не слышал, чтобы Вы позволили себе плохо говорить о людях, которые предали Вас, о тех, которые несправедливо гонят и обвиняют Вас – наоборот, Вы благословляете их. И даже более того – Вы постоянно пытаетесь найти для них какое-то оправдание, найти объяснение их действиям, всегда предполагаете самое лучшее в людях, даже когда худшее очевидно.

Еще один пример. Ни для кого не секрет, что вот уже два года следственные органы ведут расследование по сфабрикованному уголовному делу, открытому на Вас. Но, наверное, не многие знают, как достойно Вы проходите это испытание. Постоянные допросы, даже арест не стали для Вас оправданием для того, чтобы перестать работать. Девизом этого периода Вашей жизни стали слова Уинстона Черчилля: "Если ты проходишь через ад – продолжай идти".

Однажды я стал свидетелем того, как Вы продолжали работать в своем обычном бешеном темпе прямо в машине по дороге на допрос. Тогда я выразил свое изумление, сказав, что, на Вашем месте, я бы ни о чем другом думать не мог, жил бы предстоящим допросом! На что Вы ответили, что ни при каких условиях нельзя позволять обстоятельствам и суете сместить свой фокус с главного, контролировать свою жизнь, свое настроение, свой рабочий настрой, свои планы. Если человек позволяет проблемам или обстоятельствам изменить или отменить свои планы, то получается, что он уважает эти проблемы или обстоятельства больше самого себя. Никогда нельзя позволить проблеме остановить тебя, удержать тебя от намеченного плана!

Следующий пример. Сразу после многочасовых допросов Вы не отправляетесь домой отдохнуть и прийти в себя – нет, Вы едете прямо на домашнюю группу или возвращаетесь на ритрит, где продолжаете тренировать, учить, наставлять нас, украинцев, представителей той нации, которая поступает с Вами так подло и неблагодарно.

Как-то в разговоре с Вами я упомянул, как, наверное, сложно Вам переживать все эти постоянные допросы, когда на Вас намеренно давят и пытаются выбить из колеи. Не забуду Ваш ответ: «это еще ничего», - сказали Вы, - «но чего стоит мне каждую секунду отодвигать, откладывать все это и заставлять себя продолжать работать для спасения людей». И снова мой фокус был на Ваших переживаниях в этой ситуации, в то время как Вы фокусировались на том, как не позволить обстоятельствам остановить Вашу работу для Бога.

И уж мы-то знаем, что Вы подразумеваете под словом «работать». Более пятисот человек, которых Вы лично каждый месяц тренируете на домашних группах; более тысячи выпускников ритритов только за последний год, ведь даже сейчас Вы проводите ритриты 2-3 раза в месяц; онлайн-проповеди на конференциях в других странах; онлайн-учения в Посольских библейских школах и институтах в Америке, Африке, Европе…

Но самое сложное, наверное, даже не это. Самое сложное и изнуряющее – это две недели каждый месяц проводить в уединении, когда Вы закрываетесь от всего мира, оставляете свою семью, свой привычный образ жизни, чтобы поститься и молиться за людей, за церковь, за каждого из нас.

Один из Ваших наибольших секретов и Ваше отличие в том, что любые проблемы толкают Вас еще ближе к Богу, в то время, как мы иногда начинаем обижаться на Бога и возмущаться несправедливостью жизни.

Это только маленькая часть того, что Вы делаете, в то время как многие из нас, судя по самим себе, считают, что пастор стал реже проповедовать в Центральной церкви из-за проблем и преследований. Но в отличие от нас, пастор сейчас делает, наверное, больше, чем когда-либо раньше, в «спокойные» времена. Складывается впечатление, что чем больше на Вас давление, тем больше Вы работаете, тем больше новых идей Вы воплощаете, тем больше делаете для Бога, чтобы прославить Его.

У нас все по-другому. Во время давлений мы все больше поддаемся угнетению и суете. Мы фокусируемся на давлении и наших переживаниях, живем этим, все остальное отходит на задний план. Когда мы переживаем давления, мы не можем больше ни о чем думать, ничего делать. С огромным трудом делаем необходимый минимум, чтобы поддерживать дела на плаву. Ни о какой работе над собой, самосовершенствованием не может быть и речи. Сейчас не время! У нас - проблема! Помощь другим? Тут хотя бы свои проблемы решить, а потом уже можно подумать и о других. Сейчас не до этого! Новые идеи? О каких новых идеях может идти речь, когда все внимание приковано к своей проблеме. Терзает вопрос: что будет дальше? Неизвестность и неопределенность сковывают, страх перед будущим парализует.

Мы не можем смотреть в будущее, не можем абстрагироваться от этой проблемы, ситуации, мы не видим дальше самой проблемы. Мы живем ею, живем настоящим. Мы не живем целью, будущим. Мы позволяем обстоятельствам, проблеме полностью захватить, снести нас. Мы считаем проблемы достойным извинением своей бездеятельности, пассивности, безынициативности.

Самое смешное, что часто проблема, которая служит нашим оправданием, происходит даже не у нас самих. Мы переживаем за пастора и стараемся ему помочь, как можем. И это естественно – мы должны защитить нашего отца! Но плохо то, что часто мы считаем это уважительным оправданием, извиняем себя за то, что не работаем в других сферах. Тем, кто пытается задавать нам кощунственные, на наш взгляд, вопросы о написании контрольной работы по лидерской школе, мы гордо отвечаем – мне не до этого, не могу сейчас думать об этом, у меня все мысли о том, как помочь пастору. И это здорово! Но интересно другое.

Мы не можем ни о чем думать, переживая, молясь и помогая пастору пройти через эти преследования, а сам пастор, который как раз и проходит испытания – аресты, допросы, предательства, постоянная угроза смерти и тюремного заключения, клевета, – пастор, которого поливают грязью в большинстве новостных телепередач, газет и журналов, чье имя очернили до неузнаваемости, пастор, чьи дети могут остаться без отца и так никогда и не узнать, каким же был их папа на самом деле, пастор, который сам каждую секунду проходит то, о чем мы только переживаем, – не извиняет себя, не находит себе оправданий, а посреди всего продолжает работать! И не просто работать – но искать способы, как помочь нам! А мы эту помощь часто игнорируем… Парадокс…

Еще один важный момент, который существенно отличает Вас, пастор, от всех нас: если Вы переживаете о чем-то, за этим немедленно следуют Ваши конкретные действия. Ваше сердце болит за Украину – Вы идете в уединение, не кушаете, молитесь и поститесь за нашу страну, Вас тронула история человека – Вы немедленно находите способ помочь ему, Вас ужасает количество наркозависимых – вы открываете реабилитационные центры, взращиваете лидеров. А мы часто ограничиваемся только эмоциями и переживаниями, которые ни к чему не приводят. Если наши переживания искренние, то почему они не ведут к действиям?? Мы просто удовлетворяем себя мыслью, что, раз я переживаю о чем-то, то я хороший… и не важно, что никому от этого легче не стало. Как важно нам научиться у Вас, чтобы все, что коснулось, тронуло, вызвало слезы или переживания, немедленно вело к конкретным решениям, действиям, шагам!

Я имею право все это писать, потому что пишу не только о том, что вижу в своих коллегах и окружающих меня людях, – я пишу, в первую очередь, о себе. Еще недавно для меня такое поведение было совершенно естественным, я не предполагал, что можно и нужно жить по-другому. Но наблюдение за пастором обличило меня. Если даже он не дает себе никаких оправданий, то какое право оправдываться имею я?!

В институте один преподаватель с иронией говорил нам, студентам: есть только одна уважительная причина, чтобы не прийти на мою лекцию – это смерть. Пастор предъявляет именно такие требования к себе. Пока он жив, он не находит для себя никаких оправданий, чтобы не делать того, что нужно делать… А мы?..

Без подписи
Просмотров 2132